Красота собора,
Тишина молитвы.
Высота забора,
Ширина калитки.
Глубина кармана,
Совместимость травмы.
Сладостность обмана,
Неприятность правды.
Мишура иллюзий,
Матовость реалий.
Ползание на брюхе,
Вычурность регалий.
Пустотелость формы,
Грандиозность стиля.
Безудержность шторма,
Бестолковость штиля.
В закромах — нажива,
Пустота на сердце.
Краткосрочность жизни,
Бесконечность смерти.
От хохота сейчас помру —
Тенденции, поветрия.
Не целовался на ветру,
А губы все обветрены.
Потресканы, покусаны,
На каждой — по две язвы.
Но смех сквозь слёзы грустный мой —
Не злой и без сарказма.
Да, горю с счастьем по пути,
Смех слезам не помеха.
Нет времени, чтобы грустить,
Да так, что не до смеха.
Когда-то дел невпроворот,
А то сидишь без дела.
То жар и пробирает пот,
То дрожь идёт по телу.
В преклонные мои лета
Успел увидеть много:
То кутерьма и суета,
То дальняя дорога.
Рыдали и ныли.
Работой не пыльной —
Чтоб запах ванильный
Могла издавать —
Гордиться хотели.
Себя в чёрном теле
Совсем не умели
Никак содержать.
По сути — не весть кто,
Ничем не известны,
Но тёплое место —
Ты вынь да подай.
Старания напрасны,
Да хлеб чтобы с маслом,
С икоркой бы красной,
Лосось, не минтай.
Как люди — не очень,
И лик скособочен,
Всегда озабочен
Зашоренный взгляд.
Немые укоры,
Нет стержня, опоры.
Но множится скоро
Позорный их ряд.
Плевать на запреты.
Что? Совесть? Да где там.
Должно быть прогрето
Под солнцем пятно.
Пустое занятие —
Давить на понятия,
Наполнить стараться
Водой решето.
Нет худшего сорта,
Чем эта когорта.
До самого чёрта
Прорыли портал.
Всегда недовольны
Своей тяжкой долей.
Скорей бы удвоить
Им свой капитал.
По телу дрожью ходит,
Уколет в левый бок.
Божественных мелодий —
Струящийся поток.
Старинный манускрипт как
Все тайны раскрывал.
Вливалась в душу скрипка,
И вторил ей вокал.
Смычок скользил по струнам,
Сбивался и дрожал.
И подключались трубы
На нижних этажах.
Покрыт и утрамбован
Событий прежних лик.
Надрывный плач тромбона
Вдруг в тишине возник.
И гриф сжимали пальцы,
Пылилась канифоль.
В игру входили альты,
Усиливая боль.
Тоска былой разлуки,
В ней чьей-то нет вины.
И слух ласкали звуки
Натянутой струны.
Советы эти бесполезные,
Отговорить никто не смог.
Скользили будто бы по лезвию
Ступнями босых своих ног.
По полной — что там половина нам,
На меньшее и не пойдут.
По жизни как по полю минному
Уверенно вперёд идут.
Всегда работают локтями тут,
Второй не будет выдан шанс.
Между столбов канат натянутый —
Трудней поддерживать баланс.
Должны же вроде твердь прощупывать,
Рассчитывая каждый шаг.
Тельцу молиться — не кощунствовать,
Давно заложена душа.
Дороги эти полосатые,
Извечный чёрно-белый фон —
Приобретения с утратами
И бесконечный марафон.
Спасибо, мой далёкий друг,
С далёких берегов.
Когда сильней сжимался круг,
Я не был одинок.
В момент печали и забот
Протянута рука —
Как свет в пучине чёрных вод
Забрезжил маяка.
Когда узрел я подлый лик,
Как клялись горячо!
Во мраке силуэт возник,
Подставил мне плечо.
Хотя о чём я говорю?
О мирозданья тлен.
Одновременно быть в строю
И не вставать с колен.
Иметь в запасе пару лиц,
Менять их как перчатки,
Поклоны бить и падать ниц —
Теперь в вещей порядке.
Спасибо, мой далёкий друг,
Ты истинный герой:
Стоял, не опуская рук,
Ты за меня горой.
В благодатную почву зерно,
В глубину её чуть проросло.
Первый ход с карты был козырной,
Путь короткий до сердца, без слов.
Лепестки туго сжаты в бутон
Гениальных идей и амбиций,
И неписаный давит закон
Непонятных и чуждых традиций.
Не просили, не падали ниц.
Есть особенная благодать
В осознании пределов границ
И умении их нарушать.
Есть, наверное, в этом искусство,
Или просто уклад был таков —
Вытекать постоянно из русла,
Выходить из своих берегов.
Разрушая привычные рамки, —
Взгляд, смотрящий уверенно вдаль, —
Жертва шашки для выхода в дамки
На последнюю горизонталь.
Для кого-то — преграды и стены,
Для кого-то — подъём и полёт.
Кто-то ритм принимает системы,
Кто-то сам этот ритм создаёт.
Краткосрочность жизни, Бесконечность смерти. В этих строках — пронзительный итог всей человеческой суеты. Перед лицом вечности любая вычурность регалий, градиозность…
В каждом четверостишии будто спрятана отдельная правда о жизни. Мы часто гонимся за внешним блеском, статусом и иллюзиями, забывая о…
Какое живое, ироничное и очень настоящее стихотворение! В нём столько тепла, несмотря на грустную ноту. Удивительно, как удается смотреть на…
«Смех сквозь слёзы грустный мой — Не злой и без сарказма» ключица всего стихотворения. В ней нет жалости к себе…
Мне нравится, что каждый раз у Вас новый стих и каждый раз — разный смысл. В этом и есть особая…