Очень был богатым,
Хитрым и жестоким.
Предан был разврату,
Утопал в пороках.
Праздной, бесшабашной
Вечно жизнью жил.
Ввысь взмывали башни,
Словно миражи.
Он в своих поступках
Был неудержимым.
Вывозились кубки
Из Иерусалима.
Пиршество в разгаре,
Радуется свита.
И в святые граали
Им вино налито.
К лоску и богатству
Стойкий интерес.
Взвешено всё царство,
И вышел недовес.
Не уйти от петель
На ветвях осин:
«Мене, мене, текель,
Текель упарсин».
ENTIRE WORLD IS MY IMAGINATION AND FRAGILE AS A PIECE OF GLASS
Разделы
Архив
Рубрика: Философские
Философия жизни
Своя всегда дороже жизнь,
Уют, порядок в доме.
Утилитарный конформизм,
Лишь им мы все ведОмы.
Мы все о правде говорим,
Стоим за справедливость.
Блага — себе, закон — другим.
Не уповай на милость.
Поверь, здесь логика проста,
Крепка и безотказна:
Мы, проповедуя устав,
В нём ищем брешь да лазы.
В нём ищем слабые места,
Чтоб быт свой обустроить.
Молчат кричавшие уста,
Об истине не спорят.
Что было сказано вчера,
Уже не памятуют.
Нашлась бы покрупней дыра,
Чтоб вставить запятую.
В гробу перевернулся Кант —
Мораль необъективна.
Прирост в деньгах, успех в делах,
Сегодня правят миром.
Тут правит бал закон единый,
Над всеми лишь один устав:
Энергия не истребима,
Меняет форму и состав.
Конечно же, есть там потери, и
Да, переходы постоянны,
Есть трансформация материи
Трёх агрегатных состояний.
Не стоит и пытаться даже,
Но без подвоха и сарказма,
Внимательный читатель скажет:
«Прям-таки трёх? А как же плазма?»
Но без особенных усилий,
Чтоб лишних дров не наломать,
О состояниях стабильных
Уместно будет речь держать.
Понять способен мозг пытливый,
На то есть масса доказательств:
Нельзя уменьшить энтропию
Без посторонних там вмешательств.
И всё, что нужным нам казалось,
Полезным было без оглядки,
Лишь увеличивает хаос
И множит степень беспорядка.
Служить страстям и увлечениям,
Не преступив, не обнаглев,
Сопротивление качению
Затрат добавит на нагрев.
Термодинамика бесспорна,
Плавна логическая нить:
Обломки не жизнеспособны,
Осколкам не плодоносить.
Вовсе не смотрится бисер
Средь желудей и орехов.
Всё начинается с мыслей,
Всё — и провал, и успехи.
Слишком широк у них спектр,
Слабо звучат иль уверенно.
Но обретают свой вектор,
Лишь отразившись в намерениях.
Скоро пророчество сбудется,
Всё это как бы не ново.
Мысль в голове долго крутится
И превращается в слово.
Скрыты детали, узлы их,
Благо сулят или бедствия?
Добрые они или злые —
Мы понимаем по действиям.
Несколько раз повторённый,
Громче звучит даже шёпот.
В действиях приобретённый,
Наш формируется опыт.
Чувствую, что уж пора мне
Будет открыть здесь кавычки:
Собственными мы руками
Опыт возводим в привычку.
Жребий давно уже брошен,
Времени зря вы не тратьте:
Вредные или хорошие
Вместе дают нам характер.
Мыслей поток как лавина, и
Взорван шаблон и структура.
Вьётся характера линия,
Ткань создавая натуры.
Вот и ответ вам на блюде, я
К нужной черте подведу:
Мысли — всего лишь прелюдия —
Определяют судьбу.
He looked a bit above his age —
For went through burning fire.
He was inordinately sage,
Been dancing on a wire.
He’s seen it all; the ride was rough,
Took dives and hit the bottom.
There was so much he had enough —
No life in silk and cotton.
As tension grew and pressure built,
He played it smooth and clear,
And was the one to pay the bill —
As was, indeed, it dear.
And even then, when all the brave
Stooped low and tried to veer,
He took the roads that weren’t paved —
Evasions, lies, and smear.
He learned it fast and learned it soon:
No single thing’s unnoticed.
One hundred twenty harvest moons
And ninety equinoxes.
Were switching to a smolder mode,
Continued stubs to glare.
He picked the keys and cracked the code —
As less he couldn’t care.
Я как с чистого, вроде, листа —
Каждый день начинаю с начала.
Без тебя и темна и пуста,
Неуютна огромная зала.
И весна без тебя не весна,
Не так ярко пылают зарницы.
И, лишённый покоя и сна,
Начинаю всё с новой страницы.
Ставки в этой игре высоки,
Слишком много поставлено на кон.
Начинаю я с красной строки,
Отступив от краёв на три знака.
Мне уже не хватает метафор —
С чем ещё тебя мог бы сравнить?
Красоту древнегреческих амфор
Ты, играя, могла бы затмить.
Изобилуют пятна на Солнце,
Лишь в сравнении оно — идеал.
В соразмерности строгой пропорций
Я нашёл то, что долго искал.
Столько лет не сдаваясь, стараться
Не устал и совсем не ослаб.
Со строки, заголовка, абзаца
Начинаю я новый этап.
Характер твёрдый свыше дан,
Не раз спасал команду.
В удачу верил капитан,
Вёл за собой армаду.
Походом шёл чрез семь морей,
Шёл ровно в штиль и шторм.
Ветра срывали с якорей:
Суров морской закон.
Когда пробоины в борту,
Разорван парус в клочья,
Когда совсем невмоготу —
Всяк знал, он мог помочь им.
Ему с командой повезло,
Как на подбор ребята.
И скорость в двадцать пять узлов,
И бриз солоноватый.
В делах он не был новичком,
И что ему пучина?
Где каждый кабельтов знаком,
Печалям нет причины.
Считалась страшной, роковой
Девятая волна.
Но взять его она порой
Испугом не могла.
И вот настал тот сладкий миг:
Родной забрезжил берег.
Вовсю к биноклю он приник,
Чтоб в бухту вход измерить.
Остались беды позади,
Проклятый ужас сгинул.
Не мог он правильно войти
В знакомые изгибы.
Прошёл он минные поля,
Шторма и злые бури,
Родная мучила земля,
Вертела, что есть дури.
Тогда он трубку закурил,
Спустился, сел на кнехт.
Спокойно как-то говорил,
Не проявляя гнев:
— Непредсказуемый финал,
Игра велась подспудно…
В гробу я ваш лиман видал,
И вас, и порт, и судно!
Да пребудет любовь с бушующим поэтом.
Çox fəlsəfi və təsirli məna daşıyır
Çox gözəl şerdir. Təşəkkür edirəm Elçin müəllim!
Ela. Tebrik edirem
Tamamilə dogrudur Xəyanətin verdiyi yara daha agır olur. Çox bəyındim şeri