Повторялся он снова и снова,
По местам меня детства водил —
По кварталам до боли родного,
Где родился я, вырос и жил.

В дверь любую бы мог постучать я,
Принимали, как старых друзей,
Раскрывал свои город объятия
И встречал долгожданных гостей.

Отдавали добро без остатка,
До краев, разливали за край.
И до школы, с одной пересадкой,
Довозил старый, добрый трамвай.

Возле здания школы — дорога,
Над путями — бетонный пролёт —
Назван именем парня, который
Совершил первый в космос полет.

За мостом там, с кирпичною кладкой
Дом, котельня с высокой трубой,
Птичий рынок, куда мы, украдкой,
Уходили с уроков гурьбой.

Повторялся сон снова и снова,
По местам меня детства водил,
По кварталам до боли родного,
Где родился я, вырос и жил…

Снова лёг у стены, на боку,
Сердце схватит легонько, отпустит.
Вспоминаю я старый Баку,
С надрывающей голос мой грустью.
С неподдельной на сердце тоской,
По тому, что ушло безвозвратно.
Город мой — беззаботный такой,
Что отцом был мне, другом и братом.
Аккуратные наши дворы,
Где гоняли с ребятами мяч.
Суета и возня детворы…
Говорят, что мужчины не плачут.
Кто-то старую вспомнит Москву,
Киев старый кому-то приснится.
Ну, а мне до утра не уснуть,
В мне не ставшей родной загранице.
Снова лёг у стены, на боку,
Сердце схватит легонько, отпустит.
Вспоминаю я старый Баку,
С надрывающей голос мой грустью.

В моих осталась детских снах,
Такой спокойной, безмятежной.
Когда, в коротеньких штанах,
Бродил по улицам надежды,
Когда, на улицах любви,
В рубахе, купленной на вырост,
Желанным был и был своим,
С тех пор так много изменилось,
С тех пор, когда в её домах,
Дверей не запирали на ночь,
Соседи дома, мы в гостях,
О горе забывали напрочь.
Ушло то время безвозвратно,
Не отыскать к нему дорогу,
Дух чужеродный и развратный,
Её заполнил понемногу.
В моих осталась детских снах,
Моя любимая столица,
И просыпаюсь я в слезах,
Когда она мне ночью снится!