Лишь за стихи свои, наверное, прощен был,
Хотелось бы, чтоб всё это не зря.
А в переводах мыслей завершенность,
Как будто бы оправа янтаря.
И по бумаге не скрипит перо гусиное,
Они давно гуляют по сети.
А небо в них всегда такое синее,
Как будто б только дождь проморосил.
И тканью шрамов старых ран келоидной
Покроет тело опыт прежних лет.
И общество, больное онкологией,
Искать в них будет на вопрос ответ.
Ответ искать в них будет между строчками,
Хотя, все на поверхности лежит.
Они теперь метафорами точными
Эпохи отмеряют, рубежи.
И мысль в них проходит красной лентою,
И знающий узреет смысл и суть.
Сближая языки эквивалентами,
Легко найдут к любому сердцу путь.
Лишь за стихи свои, наверное, прощен был,
Срывает ветер лист календаря.
Изысканность, изящность, утонченность,
Уверен в том, что всё это не зря.
Мысли о разном
Ты перечеркнутая строчка,
Оторван лист календаря,
И в отношении порочном
Ты год, потраченный зазря.
Твоя сплошная местечковость
Сидит, как будто бы, в крови.
Куда твоя смотрела совесть,
Когда клялась ты мне в любви?
Куда твои смотрели глазки,
Когда в отелях дорогих
Ты мне рассказывала сказки,
О том, что не было других?
О чем ты думала при встрече,
Ныряя в омут с головой,
Когда твои сверкали плечи
В вуали этой голубой?
Не сомневалась ли тогда ты,
Когда, хмелея от вина,
Со мной рассчитывала даты,
У приоткрытого окна?
И жизнь твоя — сплошная проза,
И празднику в ней места нет,
Уже твои не светят звёзды
И как давно сказал поэт:
«Теперь расплачиваться поздно».
Сама ты к этой цели шла
И в книге скучной, несерьезной
Закрытая ты мной глава.
И перевернута страница,
И пречеркнутый ты лист.
И к черту эти заграницы
С тобой мне вместе не сдались.
Не видно света из за туч,
Земля насквозь промокла.
Исчез последний солнца луч,
Дождь плетью бьет по окнам.
Вовсю деревья ветры гнут,
Пытаясь вырвать с корнем.
И воздух режет веток кнут,
Ушам от свиста больно.
Угрюмым фоном капель дробь,
Наполнен влагой воздух.
По телу дрожь да оторопь,
По крыше хлещут розги.
Стеной стоит воды поток,
В котором нет прогалин.
И мир до ниточки промок,
Нагайкой струй стегаем.
В ожидании звёздного часа,
Под покровом всегда да в тени,
Понимая, что всё не напрасно,
Что вот-вот засверкают огни.
В предвкушении начала атаки,
Мой до блеска начищенный ствол,
Надоевшие стены барака,
И мольба, чтоб в бою не подвёл.
Изнурительные тренировки,
В сотый раз уложу парашют.
Ставка только на силу и ловкость,
Что они меня не подведут.
Волдыри пузырями по коже,
В голове только мысль одна,-
В нужный час мне всё это поможет,
Все затраты покроет сполна,
В ожидании звёздного часа,
Очень медленно время идёт.
Понимаю, что всё не напрасно,
Что вот-вот мой наступит черёд.
На старой станции метро
Царит знакомый с детства запах,
Гремит валами эскалатор,
Скрывая темное нутро.
Жетоны нынче не в ходу,
Платили раньше пятаками,
Под зорким оком сотен камер,
На смену карточки идут.
Разнообразие персон,
Характеры и проявления,
Вот гражданин испортит зрение,
Романом новым увлечен.
Фанаты луковых рассад,
В уме перебирая сдачу,
Пенсионеры едут с дачи,
Устало рядышком сидят.
Не ненавидя, не любя,
Таких за день под сотню тысяч
Состав завода из Мытищ
Легко пропустит сквозь себя.
Его никак не побороть,
На станции царящий запах,
И турникетов злые лапы,
Готовы впиться в чью-то плоть.
Четыре года без весны,
Проcвета и надежды.
И частотой пугают сны,
В которых всё как прежде.
Кругом одна сплошная ночь,
Лишь только мгла вокруг.
И силы нет, чтоб превозмочь,
Вспороть порочный круг.
Четыре года без тепла,
И солнце греет мало.
Душа совсем изнемогла,
Обузой телу стала.
Суровая царит зима,
Снега вокруг да лёд.
До самого скатиться дна
Лишь память не даёт.
Четыре года без звонков,
Вестей и сообщений,
И мысль под тяжестью оков,
В отсутствии решений.
На уши давит тишина,
Всё пустота да вакуум.
И явь не отличить от сна,
Под толстым слоем мрака.
Четыре года без весны,
Прорыва и прогала,
И частотой пугают сны,
В которых света мало!
На каждый градус по стиху,
Их триста шестьдесят.
Они, как будто, на слуху,
Их образ помнит взгляд.
Могу стихами натюрморт,
Еще могу портрет.
Стихами брызжу из аорт,
Являя их на свет.
Стихи меня об зубы бьют,
И вяжут мне слюну.
Стихами я уже плююсь,
Боюсь, что не усну.
Но даже если и усну,
Увижу их во сне.
И нерв, натянутый в струну,
Опять звенит во мне.
Такт мерный стихотворный мой
Мне выровнит дыхание.
Построит мысли по прямой,
Облегчит мне страдания.
На каждый градус по стиху,
Их триста шестьдесят.
Они, как будто, на слуху,
Их образ помнит взгляд!


Çox səmimi və təsirli şeirdir, ələxsus da insanın daxili möhkəmliyini gözəl təcəssüm edir. İnsanın ömür qarşısında öz açarını tapmağının önəmi…
Silno. Mudro.
Bravo!
Красиво, глубоко, трогательно, как всегда! Берет и формой, языком, сравнениями, и содержанием, посланием… Главное, несмотря на то, что жизнь «описать…
В ваши стихи пришла мудрость, а это дорогого стоит. Глубокий подтекст даёт возможность читателю видеть то, что близко его жизненному…