Очень был богатым,
Хитрым и жестоким.
Предан был разврату,
Утопал в пороках.

Праздной, бесшабашной
Вечно жизнью жил.
Ввысь взмывали башни,
Словно миражи.

Он в своих поступках
Был неудержимым.
Вывозились кубки
Из Иерусалима.

Пиршество в разгаре,
Радуется свита.
И в святые граали
Им вино налито.

К лоску и богатству
Стойкий интерес.
Взвешено всё царство,
И вышел недовес.

Не уйти от петель
На ветвях осин:
«Мене, мене, текель,
Текель упарсин».

Все то, о чем ты говоришь,
О чем мечтаешь:
Покатый профиль низких крыш
И крики чаек.
Все то, что было у тебя
И все, что будет —
Твоя особая стезя
В потоке судеб.
Переживания твои,
В тревоге нОчи.
Все то, о чем душа болит
И рвется в клочья.
Былая радость прошлых лет,
Богатый опыт.
У моря встреченный рассвет,
Рек горных рокот.
Воспоминания твои,
На завтра планы,
Весенней радость полыньи,
На трактах станы.
Все то, что вечность иль срокА,
Иль просто вспышка —
Всего лишь новая строка
В потертой книжке.
И вся симфония сполна
В одном аккорде —
Лишь запись новая, одна
В Его блокноте!

Святым Писанием навеянный,
О Божьем промысле рассказ.
В сокрытых планах есть, наверное,
От посторонних скрыто глаз.
И да узреет это видящий,
Не усомнится тот, кто знал.
И беспощадный жар Чистилища,
И в глубину Земли провал.
Скопились души у подножия,
И очереди каждый ждет.
Бежит мурашками по коже и
То пламя лижет их и жжет.
И литерой на лбу отмеченный,
За грешные свои дела.
И с каждым кругом ближе к вечности,
И ангельского взмах крыла.
И есть в Писании, наверное,
Идей извечных торжество,
И наказание за неверие,
И Рай для принявшивших его.