ENTIRE WORLD IS MY IMAGINATION AND FRAGILE AS A PIECE OF GLASS
Архив
Рубрика: Города, страны

Впечатления в стихах, привезенные из разных городов и стран

Как и Дед мой когда-то,
Молодой и красивый,
По дороге с брусчаткой,
Я дошел до Берлина!
Где, сжимая свой стяг,
Уклоняясь от пуль,
Дед смотрел на Рейхстаг,
Ну и я раз взглянул.
У Ворот Брандербургских
Остановка,  привал.
И сейчас здесь не пусто,
Там где Дед воевал.
Здесь турист разношерстный
Все запомнил почти.
И гордимся мы прошлым,
Свято помним и чтим.
И от нас нашим Дедам
Самый низкий поклон
За Большую Победу
Всех народов, времен!
Как и Дед в сорок пятом
Молодой и красивый,
В гимнастерке солдатской,
Я дошел до Берлина!


Минувшие годы студенчества,
Всё то, что там было и есть.
Проездом ко мне из Манчестера
Несешься по трассе М6.
Несешься, минуты считая,
В потоке судьбы непростой.
Я помню двадцатое мая
И год девяносто седьмой.
Улыбку я помню и волосы,
Как не было этих годов.
И флага британского полосы
В одном из Шекспира домов.
Рассеется дымка под утро,
Слегка обнажив городок.
Спортивная красная Супра,
Приветственный даст мне гудок.
Минувшие годы студенчества,
Лишения на первых порах.
Проездом ко мне из Манчестера
Несешься на полных парах!


На канадской границе есть пункт пропускной,
Где с улыбкой смотрели в глаза нам.
Сколько выпало снега там прошлой зимой,
Что на душу ложился бальзамом.
Снег спадает бесшумно, на город ложась,
Хлопья белое ткут покрывало.
У канадской границы, к свободе стремясь,
Позабыли с тобой про дела мы.
Позабыли про всё, про покой и уют,
Начиная все с новой страницы.
Впереди нас с тобой приключения ждут,
Дайте только проехать границу.
Дайте только вдохнуть мне тот воздух сухой,
Полной грудью мне им надышаться,
На границе, где лишь благодать да покой,
И снежинки на землю ложатся.
На канадской границе есть пункт пропускной,
Где свобода дурманит мне разум.
Помню всё, что случилось там прошлой зимой,
Хоть в Канаде я не был ни разу.


Снова лёг у стены, на боку,
Сердце схватит легонько, отпустит.
Вспоминаю я старый Баку,
С надрывающей голос мой грустью.
С неподдельной на сердце тоской,
По тому, что ушло безвозвратно.
Город мой — беззаботный такой,
Что отцом был мне, другом и братом.
Аккуратные наши дворы,
Где гоняли с ребятами мяч.
Суета и возня детворы…
Говорят, что мужчины не плачут.
Кто-то старую вспомнит Москву,
Киев старый кому-то приснится.
Ну, а мне до утра не уснуть,
В мне не ставшей родной загранице.
Снова лёг у стены, на боку,
Сердце схватит легонько, отпустит.
Вспоминаю я старый Баку,
С надрывающей голос мой грустью.


Всего двадцать семь километров
Осталось до сердца Москвы.
Окопы пронизаны ветром,
Солдаты надежды полны,
Характер упрям и отточен,
Он Богом с рождения дан,
О сводках с фронтов очень точных
Вещать продолжал Левитан.
И было тогда не до стужи,
И, что не хватало пайка.
И всё, что тогда было нужно —
Отпор дать врагу, и пока
Поставленный голос и твёрдый
Надежду и веру внушал.
Облезлый, голодный, но гордый
Народ оборону держал.
Всего двадцать семь километров,
Обратный начнётся отсчет.
Пусть дуют холодные ветры,
Но враг ни на шаг не пройдёт!


Моя муза в далекой Москве,
По дождливому городу бродит…
Без неё я в тоске, хмур и сквел,
И на ум ничего не приходит…
В этой страшно далёкой ночи,
Повезёт неизвестному гению,
Будет новые строки строчить,
Под влиянием её вдохновления
Кто то новые краски найдёт,
Невзначай будто б их обнаружив,
Моя муза ко мне не идет,
И с талантами новыми дружит.
Те, что новые пишут тома,
Развивая с интригой сюжет.
Но ко мне не приходит она,
В поле зрения моём её нет.
Моя муза в далекой Москве,
Вдохновляет, зовет, убеждает,
Видно, прав тот, кто первым успел,
И на всех нам её не хватает…


В моих осталась детских снах,
Такой спокойной, безмятежной.
Когда, в коротеньких штанах,
Бродил по улицам надежды,
Когда, на улицах любви,
В рубахе, купленной на вырост,
Желанным был и был своим,
С тех пор так много изменилось,
С тех пор, когда в её домах,
Дверей не запирали на ночь,
Соседи дома, мы в гостях,
О горе забывали напрочь.
Ушло то время безвозвратно,
Не отыскать к нему дорогу,
Дух чужеродный и развратный,
Её заполнил понемногу.
В моих осталась детских снах,
Моя любимая столица,
И просыпаюсь я в слезах,
Когда она мне ночью снится!