Меня совсем уже не любишь,
Теперь в английский вхожа свет.
А я под песни Жени Любич
В сознании отыскал твой след.
Деталей вовсе не упомнишь,
С тех пор прошло немало лет.
Воспоминаний давних помесь,
Былых эмоций тусклый свет.
Глаз вон тому, кто древность вспомнит.
Но, все же, помнят все глаза.
Твой дом в Туманном Альбионе
О многом может рассказать.
Звучат из прошлого мотивы,
Когда любуюсь я тобой,
На фотографии красивой,
Где смотришь ты сквозь пыли слой.
Меня совсем уже не любишь,
В других ты вертишься кругах.
А я под песни Жени Любич,
Чулан открыл, а там лишь прах.
ENTIRE WORLD IS MY IMAGINATION AND FRAGILE AS A PIECE OF GLASS
Разделы
Архив
Автор: Eltchin
Старый город, Ноябрём простужен,
Дрог под белым покрывалом тонким.
Пила воду горлица из лужи,
Заливал округу голос звонкий.
Дождевой водой рыдали крыши,
Уходил поток по водостоку.
Эту песню ворон вдруг услышал.
Ворон старый был и одинокий.
Заиграли с новой силой краски,
Жизнь его заполнив ярким светом.
Ворон сильно тосковал по ласке,
И теплу, подаренному летом.
Тяжелы, над городом повисли,
Тучи чёрные затмили Солнце.
Жизнь его наполнив новым смыслом,
Песня горлицы над городом несётся.
Нескончаемым потоком ливень,
Неизбежна за ошибки кара.
В песне той свою нашел погибель,
Ворон горлице не ровень и не пара.
Всё сильней ноябрьские стужи,
Город зяб под покрывалом тонким.
Пила воду горлица из лужи,
Заливал округу голос звонкий.
«Can I talk to you, lady,
Can I call you my girl?»
She was pure and maiden:
«Try to give it a go!»
«Can I try to be near,
Can I try to be close?»
She was perfectly clear:
«You don’t need any cause!»
«Can I try to assist you,
Can I be of a use?»
She was soft and submissive:
«You don’t need an excuse!»
«Can I call you my pussy,
Can I call you my cat?»
She was sweet and conducive:
«You most certainly can!»
«Can I come a step forward,
Can I give you a kiss?»
She was pretty straightforward:
«You can do as you please!»
All those positive answers
She would give it would seem.
I was flawless and handsome…
It was only a dream.
Всем тем, о чем она мечтала,
Господь её вознаградил.
И равных в мудрости не знала,
И слыл её иконой стиль.
Ее улыбка заражала
И озаряла мир вокруг.
Она его преображала,
Касанием лёгким белых рук.
Найдёт единственное слово,
Чтоб в нужный поддержать момент,
Незыблема внутри основа,
Прекрасен внешний элемент.
Согреет душу взглядом нежным,
Коснувшись самых тонких струн,
И мир не будет больше прежним,
Миг встречи все перевернул.
Все то, о чем она просила,
Господь ей воздавал сполна.
Непозволительно красива
И не по возрасту умна.
Из под ресниц внезапно выстрелит,
Испепеляет страстный взгляд.
О, Господи, дай силы выстоять,
Бежит по венам сладкий яд.
Не дай под взглядом этим выгореть,
Но, всё уже предрешено.
Хотя смотрюсь я внешне выгодно,
Внутри же сердце в решето.
Мне не успеть в словах всё высказать
И в грудь направлено копьё.
Мне из тисков тугих не выскользнуть,
Я в длинном списке жертв её.
Полоской тонкой в небо вымпелом
Струится с поля брани дым.
Единственным сраженный выстрелом,
Лежу под небом голубым.
Из под ресниц стрелой вдруг вылетит
И в сердце поразит. Меня
Уже ничто не в силах вылечить
От страсти пагубной огня!
She wants to be a secret agent,
She has to turn another page and
She’s always smart and cool.
She wants to climb the social ladder,
She is a person, not a number
And certainly no fool.
Her attitude defies the system,
Her weaknesses are non-existent.
She has a clear plan.
Has time for fun, though schedule’s busy,
Can play it rough and take easy.
She’ll do the best she can.
There is no stroke she can’t endure
She is so strong, she is mature,
Emotionally wise.
For what she does she has no rival,
Against all odds she will survive and
She surely will rise.
Бежит мурашками по коже,
В приливах радости любви.
Ничто сравниться с ней не сможет,
Об этом и не говори.
Хоть беглого довольно взгляда,
Страдания скрывает грим.
И предвкушение-награда,
Коль ожиданием томим.
Сильней заставит биться сердце,
Как будто в бой идти пора,
Она, невиннее младенца,
И не по возрасту мудра.
Сплетут в косу тугую волос,
Худые, ловкие перста.
Усладой слуху нежный голос,
Отрадой взору гибкий стан.
По телу разольётся дрожью
Тепло, рожденное внутри.
Никто сравниться с ней не сможет,
Средь равных первая стоит.
Это стихотворение по-настоящему цепляет за живое. В нем нет наигранности — только честный, зрелый взгляд человека на свою жизнь и…
Всё правильно! И всё что нас не убивает делает нас сильней и добро неблагодарное дело)!
И я считаю, что добро не вредит, но в нашем обществе добро , к сожалению, часто встречается с неблагодарностью. Увы!…
Салам, Ельчин! Надеется, что добро не повредит — это правильно. Ну, нельзя забывать, что "добро" много вредит.
Салам, Ельчин! Надеюсь, что добро не повредит — это правильно. Ну, нельзя забывать, что "добро" часто много вредит.